Подход КПК -- рассматривать собственное партийное строительство как вечный экзамен и сдавать его год за годом, день за днем -- генеральный консул КНР в Санкт-Петербурге

Москва, 22 августа /Синьхуа/ -- Генеральный консул КНР в Санкт-Петербурге Ло Чжаньхуэй опубликовал на днях в российских газетах "Петербургский дневник", "Санкт-Петербургские ведомости", журнале "Консул", двуязычном русско-китайском издании "Лонг Бао", а также на сайте радиоканала "Радио Метро" авторскую статью "Вечный экзамен для партии", которая посвящена секретам жизнеспособности КПК, а также углублению партнерства между Китаем и Россией. Ниже приводится полный текст статьи:

Этой весной в Санкт-Петербурге прошел конкурс "Китайский язык -- это мост" среди школьников. Я присутствовал на этом мероприятии.

На сцене одна из участниц -- школьница из России -- исполнила классическую китайскую поэзию, и вдруг на сцену вывели робота-собаку. Робот по команде на китайском языке приседал, поворачивался, перекатывался, потом встал и механическим голосом произнес по-китайски "Нихао" -- "здравствуйте". Зал на мгновение замер, а затем разразился аплодисментами и смехом.

Несколько дней спустя газета "Лонг Бао" -- двуязычное русско-китайское издание в Санкт-Петербурге -- опубликовала новость о школьнице, выступавшей с роботом-собакой. Язык -- древнейшая дорога между двумя народами; робот-собака -- новейшая технология этой эпохи. Они стоят на одной сцене -- как сегодняшние Россия и Китай.

Меня часто спрашивают: что же Китай за эти годы сделал правильно? Чем дольше я работаю в Санкт-Петербурге, тем больше склоняюсь к простому ответу: самое главное, что сделал Китай, -- это обеспечил возможность одной политической силе десятилетиями, не сбиваясь с курса, последовательно реализовывать то, что было признано правильным.

Вопросы, которые задают мне российские друзья, сами содержат ответы.

Первый вопрос: почему Китай может десятилетиями делать одно и то же дело?

Высокоскоростные железные дороги, энергосистемы, порты, пятилетние планы -- все это заслуга не одного только правительства, это эстафета, которую несколько поколений одной организации передают друг другу на длинной дистанции. Трудность для многих стран не в отсутствии идей, а в том, что идей слишком много, а приверженности им слишком мало. В Китае, если стратегическая цель определена, ее не меняют с приходом нового поколения руководителей -- одно поколение сменяет другое, и работа продолжается. Эта преемственность обеспечивается стабильным и ответственным руководящим ядром и всесторонним руководством партии. Руководство КПК является наиболее существенной чертой социализма с китайской спецификой.

Второй вопрос: как получается, что хорошая политика центра не искажается на местах?

В Китае существует институт "первых секретарей, направляемых в деревни" -- отбираются кадры, которые отправляются жить в самые отдаленные села, обычно на два года, и делят с крестьянами и стол, и кров. За время кампании по ликвидации бедности в стране было направлено более трех миллионов "первых секретарей" и членов рабочих групп. Зачем это нужно? Потому что даже самый решительный центр бессилен, если некому спуститься на самый низ и проследить за исполнением: потому что даже эффективные политические решения неизбежно искажаются в процессе многоступенчатой передачи. Кадры уезжают в деревню не для того, чтобы "быть начальниками" -- они берут на себя ответственность за "последний километр", т. е. внедряют политику центра в самые удаленные места. Сегодня более ста миллионов членов партии и более пяти миллионов первичных организаций протянули свои нити в каждое село и каждый микрорайон Китая.

Третий вопрос: а власть не разлагается?

Разлагается. Любая организация, вырастая, сталкивается с этим скрытым врагом. За последние десять с лишним лет КПК сделала то, что со стороны выглядит "необычным": она взялась за самолечение. Начав с "Правил из восьми пунктов" ЦК КПК об улучшении стиля работы, партия шаг за шагом ужесточала требования -- не против кого-то другого, а в отношении своих собственных членов. За эти годы были привлечены к ответственности и высокопоставленные лица, и кадры на местах -- без исключений и неприкосновенных зон. Зачем правящая партия идет на такие "лишения"? Потому что разложение власти начинается с первого "в этот раз сделаем исключение", и лучше делать регулярную диагностику, чем ждать, когда болезнь станет неизлечимой и понадобится операция.

Эти три вопроса -- три грани одного вопроса: за счет чего партия сохраняет жизнеспособность? за счет чего она не отрывается от народа? за счет чего она не разлагается изнутри?

Математические и инженерные традиции России признаны во всем мире -- усилия Китая в прикладной сфере стоят на том же научном фундаменте. Робота-собаку создает технология, но чтобы организация с более чем ста миллионами членов десятилетиями не отклонялась от курса и не теряла доверие народа, нужна не технология, а мужество установить правила прежде всего для самой себя. Это самое глубокое осознание Китая. Как отметил генеральный секретарь ЦК КПК Си Цзиньпин, начиная с 18-го съезда КПК Китай рассматривает всестороннее соблюдение строгой дисциплины как ярко выраженный лейтмотив партийного строительства новой эпохи. К 105-летию основания партии Центральный комитет КПК торжественно выдвинул и всесторонне изложил идеи Си Цзиньпина о партийном строительстве. Они дают глубокий ответ на главный вопрос новой эпохи: какой именно должна быть правящая марксистская партия в долгосрочной перспективе и как ее построить. Эти идеи обогатили и развили марксистскую теорию партийного строительства, они являются значимым результатом сочетания основных положений марксизма с конкретной практикой Китая и с выдающимися традициями китайской культуры, кристаллизацией практического опыта и коллективной мудрости партии и народа, важной составной частью идей Си Цзиньпина о социализме с китайской спецификой новой эпохи, они служат основополагающим руководством и программой действий для продвижения великого проекта партийного строительства новой эпохи.

Вернемся к подростку с роботом-собакой. Она, вероятно, ничего не знает об идеях Си Цзиньпина о партийном строительстве и, возможно, даже о самой Коммунистической партии Китая. Но она знает, что Китай умеет делать умных роботов-собак, и знает, что китайский язык может открыть ей более широкий мир. Это непосредственное доверие молодого поколения дороже любых громких лозунгов. Оно подтверждает: строить партию и развивать страну, чтобы будущие поколения россиян увидели еще более совершенный Китай, -- это верный путь, по которому стоит идти и дальше.

В мае этого года председатель Си Цзиньпин и президент Путин совместно открыли Годы образования Китая и России /2026-2027/ -- первые в истории двух стран национальные тематические годы в сфере образования. Обмены между молодежью двух стран в области языка, искусства и технологий углубляются. Под стратегическим руководством председателя Си Цзиньпина и президента Путина китайско-российские отношения всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия, вступающие в новую эпоху, неуклонно развиваются. Мы готовы вместе с российской стороной, руководствуясь консенсусом глав двух государств, твердо хранить первоначальные намерения, заложенные при установлении дипломатических отношений, придерживаться дружбы из поколения в поколение, разделять историческую миссию и совместно продвигать качественное развитие китайско-российских отношений.

Многие спрашивают меня: за счет чего Коммунистическая партия Китая сохраняет жизнеспособность? Мой ответ прост: она никогда не считает, что уже дала окончательный ответ. Разложится ли партия, оторвется ли от народа, окостенеет ли в благополучии -- это вечный экзамен для партии. Подход КПК -- рассматривать собственное партийное строительство как вечный экзамен и сдавать его год за годом, день за днем.